& Nr. 230 (1360)
от 30 ноября
1999 года
«Бизнес & Балтия»
В номере
 
Издания
 
Календарь
<< Ноябрь, 1999 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30          
 
GISMETEO.RU:погода в г. Рига





www.eursa.org

smi.ru

Российский Деловой Портал 'Альянс Медиа'



Убийца сожалеет, что мало успел. Он считает себя почти героем

чера в Мадоне в Видземском окружном суде начался процесс по делу "гулбенского потрошителя" Александра Корякова. В феврале этот совсем молодой человек зарезал троих детей и воспитательницу детского сада. Убийце понравились вспышки журналистских фотокамер. Когда родители погибших девочек плакали, он улыбался.

 Алексей ЩЕРБАКОВ

Убийца сожалеет, что мало успел.
Он считает себя почти героем

22 февраля 1999 года в детском саду города Гулбене двадцатилетний безработный из благополучной семьи Александр Коряков охотничьим ножом буквально раскромсал воспитательницу Анжелику Жвигуре и трех девочек-дошколят: Настю Чернову, Олю Казаченок, Вику Рожину. Ранил нянечку Наталью Илгужу. Вчера, на суде, убийца впервые лицом к лицу встретился с родственниками погибших от его руки. Глаз Коряков не отводил. Иногда улыбался.

Судебно-медицинская экспертиза признала "потрошителя" вменяемым. Да он и не выглядел маньяком с горящими глазами. Четкая речь. Голос слегка приглушен. Ответы взвешенно-изуверские: "Признаю...", "Согласен...", "О содеянном не жалею..." Иногда быстрый взгляд в сторону родителей девочек, тогда глаза прищуриваются. Иногда непроизвольно покусывает губы. При входе в зал его встретил шелест со скамей: "Сука..."

Но это в начале процесса. С каждым своим словом Коряков успокаивается все больше. Уже не стоит по стойке "смирно" — руки лежат на барьере и не дрожат. Даже начинает огрызаться, когда папа одной из погибших девочек говорит ему: "Твой отец у меня целый год работал. Ты же этот хлеб ел".

— А вы ему зарплату не заплатили...

— Ну что такой мрази сказать можно?!

— Сам мразь...

И мерзкая ухмылка вдогонку. Для себя он прав. На весь мир наплевать: "Один из мотивов — желание стать знаменитым. А больше мне ничего объяснять не хочется, потому что вряд ли кто поймет". Четко, размеренно, спокойно, с подробностями. Убийца рассказывает о случившемся, как досконально выучивший предмет хорошист.

"Я начал бить воспитательницу ножом в различные части тела. Увлекся. Больше всего ударов я нанес в грудную клетку. Она все это время кричала: "Наташа, помоги. Не надо". Когда она упала, я ударил еще два или три раза. После этого решил, что ей хватит, и пошел к детям".

"В кроватке на втором ярусе сидела девочка со светлыми волосами, укрытая до пояса одеялом. Когда я подходил к ней, она попыталась отползти, поэтому я достал ножом только ногу. Два раза".

"После этого повернулся. Там тоже сидела девочка, укрытая до пояса одеялом. Когда я начал подходить к ней, она заплакала и натянула одеяло себе до шеи. Я сорвал одеяло и начал бить ее ножом. В живот больше всего и в грудную клетку".

"После этого я подошел к кроватке рядом. В ней лежал ребенок, полностью укрытый. Я на ощупь его нашел. Первый удар нанес в бок, два в живот, один в грудную клетку. Он захрипел и упал с кровати".

"После этого я подошел к ребенку, которого я ударил первым, и ударил около десяти раз. Под конец я распорол ей живот. После этого я оглянулся в поисках остальных детей, но больше никого не нашел".

Когда опытнейший прокурор Рита Медне читала обвинительное заключение, голос ее срывался на хрипоту. Когда говорили родители погибших, слова смешивались с рыданиями. Когда рассказывал Коряков, ему ничего не мешало.

"Год назад я прочитал книгу о самых страшных американских преступниках. Там были описаны случаи массовых убийств. Все эти убийцы стали знаменитыми. И тогда я решил убивать именно детей, потому что это вызывает наибольший общественный резонанс и у их родителей больше горя. Их убить легко, они не могут сопротивляться чисто физически. Нужно было, конечно, какое-то внутреннее усилие, чтобы начать убивать, но это только до того момента, когда начал".

"Я думал, что детей будет где-то десять и одна воспитательница. Тогда бы можно было без шума всех... Возможно, я зря воспитательницу убил. Я на нее много времени потратил. Лучше бы на детей..."

"Дети не кричали, не спали, испуганные были. Приятно было причинять им боль. И сейчас я сожалею только о том, что сам себе неприятности доставил".

Родителей Александра Корякова в зале суда не было. В Мадону они приехали и даже пришли к судебному секретарю, чтобы получить разрешение присутствовать на процессе. Но потом куда-то исчезли. Они не видели, как их сын Саша кощунствует из-за решетки, находясь в трех метрах от родителей собственных жертв.

Комментарий редактору | Распечатать | В "портфель" | Послать
Оцените статью

 
 
 
  
О нас | Редакция | Реклама главная | Карта сайта

Copyright © 2003, "Бизнес&Балтия", Developed by Front.lv
Копирование и распространение любых материалов, размещенных на сайте,
без письменного разрешения редакции запрещено.
При ретранслировании материалов обязательна гиперссылка на источник www.bb.lv