& Nr. 206 (1336)
от 25 октября
1999 года
«Бизнес & Балтия»
В номере
 
Издания
 
Календарь
<< Ноябрь, 1999 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30          
 
GISMETEO.RU:погода в г. Рига





www.eursa.org

smi.ru

Российский Деловой Портал 'Альянс Медиа'



Виват королева!

игу Тамара ГВЕРДЦИТЕЛИ взяла без единого выстрела. Публика пала к ее ногам еще до первого такта ее первой песни.

 Илан ПОЛОЦК

Сказать, что в пятницу вечером в театре "Дайлес" наблюдался аншлаг, значит не сказать ничего. Не сидели разве что на люстрах, а за зеленые приставные стулья шла вежливая, но упорная борьба. Словом, за хлопоты Марине Липченко, которая организовала приезд в Ригу царицы Тамары, воздалось сполна.

Тамара Гвердцители давно признана живой легендой. Не исключено, что с годами зрители и слушатели будут рассказывать детям, что они видели и слышали Гвердцители — так же, как сегодня наши бабушки и дедушки вспоминают Изабеллу Юрьеву и Клавдию Шульженко. Поднявшись, зал долго не отпускал ее, восемнадцать раз она выходила на поклоны, снова и снова звучала ее знаменитая песня "Виват король, виват!"

Бог щедро одарил эту женщину. Кроме голоса, удивительного по силе, чистоте и тембру, он даровал ей красоту, артистизм, чисто человеческое обаяние и высочайший профессионализм. Одну и ту же песню Тамара каждый раз исполняет по-новому. Это особо подчеркивали ее музыканты, много лет работающие с ней. Сейчас она гастролирует по всему миру. Основной ее дом в Нью-Йорке, где учится сын. Но стоит ей появиться в Москве, как тут же вокруг нее собирается верная команда — перкуссионист Тенгиз Джапаридзе прилетает из Тбилиси с полным набором своих удивительных жужжащих, звенящих и гудящих инструментов...

Наш разговор с Тамарой Гвердцители состоялся незадолго до ее отъезда, но он менее всего напоминал блиц-интервью. Забыв о стремительно убегающем времени, Тамара обдумывала вопрос и отвечала на него коротко и точно.

— Вы исполняли песни на пяти языках — грузинском, русском, еврейском, английском и французском. Но на всех языках вы пели об одном — о любви. Значит ли это, что вы переполнены ею или же вам ее не хватает?

— Любовь — это самое главное. И в жизни, и в искусстве. Но ее никогда не бывает слишком много. И я пела о несбыточном...

— Со сцены вы сказали об энергетике. Подчиняет ли вас энергетика зала или она покоряется вам?

— Подчинение, покорение — это неточные слова; они неправильно говорят о моих взаимоотношениях с залом. С враждебной энергетикой я не сталкивалась, но токи, которые идут из зала, оказывают сильнейшее воздействие. Принимать их, отвечать им — это требует колоссальных затрат. Наверное, как при полете в космос.

В жилах Тамары Гвердцители течет кровь двух древних народов — грузинского и еврейского, среди высших ценностей которых — любовь к семье и преданность традициям. И Тамара не собирается изменять им. Стоило упомянуть имя ее сына Сандрика, как она озарилась мгновенной улыбкой.

— Вы стали едва ли не культовой фигурой, вас провожали овациями залы всего мира. Как это совмещается с необходимостью быть матерью, дочерью?

— Трудно. Когда я возвращаюсь к своим близким, то переход из одной ипостаси в другую дается нелегко. Во мне должны органически совмещаться два человека, но я глубоко предана традициям своей Грузии и живу ими. Раньше было легче — когда Сандрик был маленький, мы все вместе ездили таким веселым табором: моя мама, малыш, мои подруги.

— Расскажите о сыне.

— Сандрику уже четырнадцать лет. Он учится в школе в Нью-Йорке...

— Родной язык не потерял?

— Что вы! Ни в коем случае! Родных у него два — русский и грузинский. Сейчас свободно владеет английским. Учит испанский.

— На сцену его не тянет?

— Нет. Он больше гуманитарий. Как жалко, что больше нельзя его таскать с собой...

— Ваша родина, Грузия, любимая всеми нами страна, переживает тяжелые дни. Как вы думаете, что ее ждет?

— Она открывает глаза и выходит из страшного сна...

Когда пять лет назад Россия хоронила Влада Листьева, над страной звенел трагический голос Тамары Гвердцители: "Прощай, король, прощай!" Я сказал, что мне показалось, будто на глазах Тамары блестели слезы, и спросил, так ли это было.

— А меня не было на сцене, — серьезно сказала Тамара. — Был только мой голос.

Я не стал извиняться за оплошность. Мне до сих пор кажется, что я вижу ее на темной сцене, как она стоит в луче прожектора и, закинув голову, кричит в черную пустоту: "Виват король, виват!"

Комментарий редактору | Распечатать | В "портфель" | Послать
Оцените статью

 
 
 
  
О нас | Редакция | Реклама главная | Карта сайта

Copyright © 2003, "Бизнес&Балтия", Developed by Front.lv
Копирование и распространение любых материалов, размещенных на сайте,
без письменного разрешения редакции запрещено.
При ретранслировании материалов обязательна гиперссылка на источник www.bb.lv