& Nr. 245 (1375)
от 21 декабря
1999 года
«Бизнес & Балтия»
В номере
 
Издания
 
Календарь
<< Декабрь, 1999 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    
 
GISMETEO.RU:погода в г. Рига





www.eursa.org

smi.ru

Российский Деловой Портал 'Альянс Медиа'



"В первую очередь я человек. А потом балерина..."

льяну ЛОПАТКИНУ называют звездой русского балета. И еще — Снежной королевой. Наверное, за царственную стать и сдержанное спокойствие, с которыми она держится. Сама же она охарактеризовала себя коротко и точно: "Я солистка Мариинского театра. И это очень много..."

 Илан ПОЛОЦК

В холле гостиницы "Ридзене", где должна была состояться наша встреча, она появилась легко и неслышно — высокая тоненькая девушка в черном свитерочке под горло, с чистым, без следа косметики, лицом и прозрачными, как морская вода, глазами, которые внимательно и спокойно смотрят на собеседника. И все же я несколько помедлил, прежде чем подойти к ней — настолько она не походила на вчерашнюю красавицу, от воздушного и невесомого полета которой над сценой перехватывало дыхание.

Выслушав неизбежные в таком случае комплименты — я еще обратил внимание, что в отличие от других балерин у нее совершенно неслышный шаг — Ульяна улыбнулась: "Спасибо. Но просто у меня были такие партии, без больших прыжков".

— Давайте поговорим о вас. Не касаясь тем, о которых вы хотите умолчать — политика, подробности личной жизни... Кстати, почему вы так неприязненно относитесь к политике? Вас что, пытались втянуть в нее, использовать ваше имя?

— Нет. Не могу давать ей определений, но... просто я не знаю этого мира. И чувствую, что ничего не смогу изменить. Это не значит, что надо сидеть сложа руки. То, что от меня зависит, я делаю. А спорить, ругаться, кого-то обвинять... мне кажется, что это напрасная трата времени.

— Принято. Вернемся к Ульяне Лопаткиной. Кто вы, что вы и как возникли на сцене Мариинского театра?

— Папа работал на судостроительном заводе в городе Керчи. На нем же трудилась и мама, была экономистом, сейчас она живет со мной, а папа частенько приезжает, потому что он продолжает работать. Родители никак не были связаны с искусством, но выбором своей профессии, своим, так сказать, предопределением я целиком обязана маме. Она не хотела, чтобы я повторила ее судьбу в маленьком городке, и я очень благодарна ей: с четырех лет ее стараниями я стала заниматься в разных студиях и параллельно — в музыкальной школе по классу фортепиано. Жизнь моя была расписана по часам. Как и сейчас. Я начинала артисткой кордебалета и когда через несколько лет мне начали поручать сольные партии, очень помог мне, в частности, Андрис Лиепа. Так вот постепенно жизнь складывалась, складывалась, складывалась... И с десяти лет я существую в кругу этих интересов, постоянно узнавая что-то новое.

— Как, в каких условиях вы живете сейчас?

— В Питере, на Театральной площади. У меня все в порядке. Ремонтируется квартира. "Выезда" нет, но отлично обхожусь без него — до театра три минуты ходьбы.

— Что для вас важно в людях?

— Взаимная расположенность.

— А что может вас оттолкнуть от человека?

Ульяна долго молчала, собираясь с ответом. Скорее всего она подсознательно отталкивает от себя отрицательные стороны бытия, старается "не пускать" их в себя.

— Меня немного пугает в людях... словом, общаясь с человеком, хочется верить, что он всегда и во всем искренен. Очень не хочется разочаровываться, убеждаться, что он говорит одно, а делает другое. Ну как сказать об этом? Двуличие... вот что пугает. У нас публичная профессия, мы работаем на людях и для людей... но когда я сама выстраиваю отношения с людьми, они должны быть искренними и открытыми.

— Как складываются отношения с коллегами?

— Я думаю, что нормально. У нас молодой, очень достойный коллектив, все мы заняты делом, работаем, интересуемся, кто как станцевал, переживаем друг за друга. Мы поддерживаем добрые отношения, потому что это помогает работать. Очень приятно, когда ты чувствуешь, что коллеге нужна твоя профессиональная помощь. Потому что ты сам в ней нуждаешься. И когда твои друзья по профессии стоят за кулисами и поддерживают тебя... это дорогого стоит.

— Когда у вас появляется свободное время, как вы используете его?

— Времени мало... но когда хочешь, всегда его найдешь. Я читаю. Предпочитаю классику. Таких авторов, как Иван Шмелев. Гончаров. Прекрасного автора Лескова. А иногда тянет на авантюры. Могу удрать бродить по городу, могу позволить себе кусок торта... и даже бокал вина.

— И все же у вас остается очень мало времени на себя, на книги, на общение. Не жалко? Стоит ли?

— Конечно, стоит. Все еще будет — и муж, и дети. Для меня это очень важно. И я не буду жертвовать ради балетного искусства... предназначением женщины в мире. Потому что в первую очередь я человек. А потом балерина.

— Простите, а есть ли человек, ради которого вы готовы пожертвовать балетом? Или он так... некая абстракция?

Ульяна засмеялась: "Ну вот, вы еще его имя напишете..."

— Как вы относитесь к тому, что вас называют звездой, наследницей великих имен русского балета? В вас что-то изменилось с приходом признания?

— Это было тяжелое для меня время. Понимаете... так создается легенда о человеке. Из-за естественной недосказанности каждый может приписать ему те качества, которые считает нужным. Когда это появилось в моей жизни, я сначала ужасно удивлялась, не понимала, что происходит вокруг. Все было так... шокирующе. Как вторая жизнь — вот она случилась, но существует параллельно с моей настоящей. Лишь иногда пересекаясь с ней.

К счастью, существует момент привыкания. Нет, не в том смысле — ах, как я действительно хорошо танцую. Проблемы у меня остались те же самые. Ни "Лебединое озеро", ни "Баядерку" не стало танцевать легче. Строго говоря, я являюсь всего лишь молодой солисткой Мариинского театра. Со всеми вытекающими последствиями. Быть солисткой крупного русского театра, когда тебя сравнивают с великими предшественницами, это уже само по себе очень непросто и ответственно.

— Теперь другое время...

— Да. Время раскручивания. Но я считаю, что те, кто был до нас, ничуть не менее интересны и ярки, чем молодые артисты, которые, как говорится, на слуху...

— Вам доводилось общаться с Майей Михайловной Плисецкой?

— Только вскользь, мельком. Но мне кажется, что она была очень добра ко мне.

— Вот абзац о вас из последней публикации "Литературной газеты": "Прошло время, когда ее надо было защищать. Теперь она признана, она победила. Поэтому и будут покусывать — осторожно. Так тоже приходит мирская слава". Покусывают?

— Критикуют. Но даже из самой необъективной критики я стараюсь извлечь зерно.

И когда эта тонкая, как тростинка, девушка поднималась по лестнице, и швейцары, и официанты, и охранники зачарованно смотрели ей вслед. Потому что шла королева русского балета. Которая считает себя прежде всего человеком и лишь потом — балериной... Наверно, поэтому она умолчала, что в этом году в Англии ее признали лучшей классической балериной мира.

"Так создается легенда о человеке. Из-за естественной недосказанности каждый может приписать ему те качества, которые считает нужным... Я сначала ужасно удивлялась, не понимала, что происходит вокруг... Это как вторая жизнь — вот она случилась, но существует параллельно с моей настоящей".

Комментарий редактору | Распечатать | В "портфель" | Послать
Оцените статью

 
 
 
  
О нас | Редакция | Реклама главная | Карта сайта

Copyright © 2003, "Бизнес&Балтия", Developed by Front.lv
Копирование и распространение любых материалов, размещенных на сайте,
без письменного разрешения редакции запрещено.
При ретранслировании материалов обязательна гиперссылка на источник www.bb.lv