«Бизнес & Балтия» Nr. 88 (1470) от 8 мая
2000 года
Распечатано с http://arhiv.bb.lv/?p=1&i=1604&s=8&a=72444

Фирменный портфель Михал Михалыча

 Внимательно слушал Михаила Михайловича Жванецкого Ил

На одном из недавних дней рождения Михаилу Михайловичу Жванецкому подарили новый шикарный портфель — старый его фирменный саквояж истрепался до неприличия. Новый, как говорят, был чуть ли не из крокодиловой кожи, с золотыми застежками. Но на сцену Михаил Михайлович выходит все с тем же потертым портфельчиком — старая любовь не ржавеет. Хотя Михаила Михайловича не назовешь ни Аполлоном, ни Антиноем, двигается он с неподражаемым изяществом. А уж когда он открывает рот и, отставив ножку, делает этакое движение пальчиком... нет, никакой телевизионный "Весь Жванецкий" не в силах передать обаяние этого человека!

— Михаил Михайлович, вас называют выдающимся и даже гениальным.

— После таких слов стыдно жить дальше.

— Что вы можете сказать о сегодняшнем положении России?

— В принципе мы живем свободно. Но в результате свободы появляются евреи. А в результате несвободы — КПСС. То есть у советских людей безвыходное положение. Я не знаю, как, но знаю, что делать надо. С наличным составом. Или, может, привезти министра земледелия из Эфиопии? Одно утешение: если мы и лежим, то на правильном пути. Мы громко и отчетливо говорим всему миру: то, что одалживали, не отдадим. Никогда! Но будем одалживать еще!

— Как вас принимает сегодняшний зритель?

— В любом случае, если не развеселю, так хоть поем... Хорошо слушает армия. Зэки — просто отлично. Если нам уже нечего терять, то они могут потерять и это. Дипломаты слушают молча. Богатые показывают глазками: быстрей закругляйся — и за стол. Где каждый начинает рассказывать свой анекдот. Но тут главное — не путать настроение с самочувствием. Совершенно удивительная публика — комсомольские банкиры. Иногда они собираются в лесу и поют комсомольские песни. Кто бы ни пришел к власти, а они: вы знаете, что мы поем? вот послушайте!

— Как вы оцениваете состояние современной эстрады?

— Я не очень слежу за ней, но, случается, кое-кого слушаю. Смотрю, как от ушей растут ножки. И думаю: стыд она уже преодолела, научилась бы еще петь. Когда она поет, хочется сесть ей на лицо. Выступает она не на бис, а назло.

— Но уж вы-то, учитывая отношение зрителей, можете считать себя счастливым человеком.

— Знаете, когда я с огромным трудом родился в 1934 году, пришло ощущение праздника. Съел колбасу — опять праздник. У каждого свой. Есть умение точно и вовремя целовать задницу. Именно ту, которую нужно. А у меня реакции не хватает. Глазами вижу, но — не успеваю. Кто-то пристраивается передо мной. Настоящий сатирик успевает поцеловать то, что надо, — и потом живет в президентском доме.

— Как вам Латвия?

— Ребята! Как мне тут хорошо! Мусор не летит в лицо. И вот что я вам скажу. Не торопитесь присоединяться. И вообще не торопитесь. Я буду к вам приезжать и все рассказывать. Дам знать.

— Можно ли считать, что вы добились всего, чего хотели?

— Вот тянутся ступеньки, и никто не знает, какая вверх, а какая вниз. Да, чего я хотел, того добился... но как мало я хотел! Вы знаете, что такое настоящее одиночество? Это когда всю ночь говоришь сам с собой, и тебя не понимают...