& Nr. 97 (975)
от 21 мая
1998 года
«Бизнес & Балтия»
В номере
 
Издания
 
Календарь
<< Май, 1998 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31
 
GISMETEO.RU:погода в г. Рига





www.eursa.org

smi.ru

Российский Деловой Портал 'Альянс Медиа'



Без вины виноватые

аверное, такова уж человеческая сущность: выстроить вокруг себя золоченую клетку и, потихоньку прожигая жизнь, следить за тем, чтобы за установленный барьер не просочились чужие беды и несчастья. Которые, не дай Бог, вдруг разбудят уснувшую совесть и сострадание. Ведь тогда ко всем чертям полетит отлаженный механизм безмятежного существования.

 Марина ДИАНОВА

Идея этой поездки, честно говоря, родилась вовсе не у нас. Ольга Нестерова, представляющая Фонд помощи онкологически больным детям, довольно долго обивала пороги всевозможных студий и изданий с просьбой осветить перед широкой публикой проблемы детей-инвалидов. Но дверцы клеток только сильнее захлопывались перед ее носом: развлекать народ — пожалуйста, шокировать, да по-настоящему, — кому нужны лишние проблемы!

... и замок в наследство

На самой окраине Даугавпилса, в Калкуни, стоит замок. Принадлежавший в XIX веке немецкому барону Хамелкару Фелтерзану — видному общественному деятелю и поэту. После смерти реформатора имение не раз меняло хозяев, пока наконец последний его владелец, безымянный — и это в благодарность! — русский купец, не завещал сию обитель детям-сиротам. Только благодаря его щедрости с 17 октября 1927 года свое летосчисление начал Гривский дом малютки. Позднее переименованный в Центр опеки детей-сирот "Калкуни".

Война и время сделали свое дело: постепенно приют все меньше походил на место, пригодное для жилья. Поэтому в конце 70-х рядышком с памятником истории построили новые помещения. Ставшие своеобразным "архитектурным шедевром" социализма. Безобразная планировка, бесконечные (более 1 000 кв.м) коридоры, в которых наверняка заблудится любой случайно заглянувший сюда посетитель, и тысячи квадратных никому не нужных метров просто пугают. Особенно сегодня, когда начинаешь в уме прикидывать стоимость коммунальных услуг, ежемесячно проставляемую в счетах Силтумса. Хотя кто мог тогда предположить, что спустя двадцать лет государство будет выделять на нужды больных детей строго фиксированную сумму денег. Из которых администрации приюта придется выкраивать не только на еду и лекарства, но и платить тому же государству за тепло, свет, воду, телефон... Поэтому, в целях экономии, и не горят сегодня в коридорах лампочки, многократно усиливая ужас от увиденного в палатах.

Стефания. Все никак не может уехать.

Женя — 13 лет.

Без войны война

А в палатах, где сантиметровые трещины на стенах маскируются засушенными листиками, живут дети. Увидав которых, роженицы от страха зажмуривали глаза и, еще лежа в гинекологическом кресле, отказывались от собственного порождения. Ставшего уродом в результате случайного стечения обстоятельств, времени и, может быть, в какой-то степени из-за небрежности самой матери. Ведь закладка головного мозга, сердца, основных органов происходит на 4-8-й неделе беременности. Поэтому если зачатие было случайным и никто не думал о ребенке, то мать продолжала курить, пить, глотать таблетки. В таких cлучаях и появлялись на свет дети-мученики.

Из 147 проживающих в "Калкуни" детей 87 — глубокие инвалиды с нарушенной психикой и сопутствующими тому органическими поражениями. Но практически никто из них даже не подозревает о своем уродстве. Потому что никто из обитателей приюта не понимает этого. Ведь они не умеют думать, говорить. И только отвечают бессмысленной улыбкой на ласку воспитателей и нянечек. Из 17 отделений лишь в одном дети с сохраненным интеллектом, способные хоть как-то отвечать на вопросы посетителей. Когда на улице резко меняется погода, дети кричат и плачут: у большинства повышенное внутричерепное давление. Ведь основная "специализация" приюта — неврология.

"Для наших детей единственный выход — заграница"

— Сильвия у нас умница. Читает, пишет, свободно говорит на двух языках. Правда, она единственная такая. Но она и единственная, кто понимает свою ущербность. А мы ей ничем помочь не можем: никакие массажи не помогают в борьбе с атрофацией мышц. Но если родителей этой девочки знаем (они заглядывают к ней), то в большинстве случаев мы даже не предполагаем, что это: ген уродства "проснулся" или мама грипп на ногах перенесла. Ведь наши дети — отказные, и мы не в курсе, кто их родители, чем они болели и какие напасти могут ожидать наших подопечных в будущем. Если, конечно, оно у них вообще будет. Сразу видим, лишь когда ребенок из семьи пьяниц: нос картошкой, оттопыренные уши — явные признаки алкогольного синдрома. Но это относительно легкие дети. К сожалению, много и других. Это гидроцефалы, микроцефалы, дауны... Полный набор дебилизма.

Вот познакомьтесь: Дениска. Когда он родился, его ручки были вдоль головки вверх подняты, а ножки параллельно ручкам шли. За ушки. И не опускались. Доктор Закис сложнейшую операцию сделал, так что теперь мальчик хоть сидеть может. Надо бы еще одну, да сами понимаете... Наши дети — не обычные пациенты: у них еще и нарушение психомоторного развития. Поэтому не все операции и возможны: умрут прямо на столе. Мы, конечно, стараемся облегчить страдания детей. Но только для них все равно лучший выход — заграница. Воспитанников "Калкуни" адаптируют в Испанию, Америку, Германию, чаще всего в Швецию. Там отношение к детям другое, может, поэтому они и вырастают другими. Знаете, забирая у нас малышей, иностранцы, как правило, говорят: "Ну не получится из него академик. Что из этого?" А наши соотечественники из обычного малыша гения пытаются сделать. Так и ломают ему психику.

Если же речь идет об органических нарушениях, то и этот вопрос там решаем. Наша Стефания родилась без предплечий — кисти прямо от локтя растут. Мама от нее отказалась и ни разу не поинтересовалась дочкой. Да, конечно, здесь, в Латвии, эта операция невозможна, но за рубежом девочке помочь можно. Ее хотят увезти в Америку, вот только очень трудно бумажные инстанции пройти. Уже полгода американцы пытаются побороть наш бюрократизм, а "воз и нынче там". Почему мешают ребенку стать полноценным человеком?

Впрочем, надо отдать должное: за последнее время детей с врожденной патологией в приюты поступает намного меньше. Пик уродства приходился на конец 80-х. Тогда дети с такими отклонениями от нормы попадали, что воспитателям -и тем страшно становилось. Теперь же детская инвалидность — все больше по вине родителей. Какое-то время назад в "Калкуни" проживали два брата, поступивших сюда с тяжелейшей формой рахита. Не то что стоять, сидеть не могли. Это были последствия родительской "заботы": до 2,5 лет малыши кроме воды ничего не видели. Вкуса хлеба не знали. В течение двух лет мальчиков массажами поставили на ноги. Теперь они живут за границей. Новые родители пишут, что мальчики даже тесты прошли и могут начать обучение.

Добрый дядя поможет?!

По штату в приюте должно работать 254 сотрудника. Сегодня их только 226. Не хватает средств. Да и желающих быть воспитателем за 54 лата, включая 17 процентов за вредность, не особо много. А больше никак не выкроить. Приюту на год государством отпускается 357 тысяч. 500-600 латов ежемесячно уходит Latvenergo. Отопление, с учетом всех скидок, обходится в 2 596 латов, телефон — 130-150, техобслуживание различной аппаратуры — 600 латов. Опять-таки в месяц. На питание остается 5 тысяч, то есть с учетом, что сейчас в приюте есть "свободные" места, на ребенка приходится в день чуть больше лата, а на лечение отводится лишь по 10-12 сантимов на койко-день. И это для больных-то детей! А ведь еще нужны деньги на ремонт крыши, обваливающихся стен, более 20 лет не знавших ремонта, на установку сигнализации, отсутствие которой уже аукнулось в виде штафов... И крутятся сотрудники да общественные деятели, выпрашивая у фирм продукты, игрушки и памперсы.

Вот только желающих помочь не особо много находится. Некоторое время назад Фонд помощи онкологически больным детям обратился на Рижский молочный комбинат с просьбой некондиционные вафельные стаканчики, которые идут в отходы, отправлять больным детям. На что от коммерческого директора крупнейшего предприятия был получен весьма недвусмысленный ответ. Который сводился к тому, что русским детям тот поставлять ничего не намерен: "Пусть уж лучше свиньи питаются вафлями, от них хоть толк какой-то есть — сожрать можно". Между прочим, уважаемый г-н Директор, в приюте "Калкуни" живут не только русские дети. Ведь несчастье в паспорта родителей не заглядывает.

Впрочем, не стоит черствость директора списывать на его национальную принадлежность. Были и другие латыши, которые, однажды увидев, как живут больные дети, вынесли свой вердикт, заявив: "Мне стыдно быть латышом". Были и русские, заявлявшие: "Этим идиотам ничего не дам. Слишком многого они хотят". Да не хотят они ничего! Это мы хотим загладить перед ними вину за свою черствость, за равнодушие, за их поломанные жизни. Неужели нам и это не под силу?

В Латвии 3 приюта для детей-инвалидов. Сегодня в них проживает 750 государственных иждивенцев. Всего. Неужели мы им не поможем?

Комментарий редактору | Распечатать | В "портфель" | Послать
Оцените статью

 
 
 
  
О нас | Редакция | Реклама главная | Карта сайта

Copyright © 2003, "Бизнес&Балтия", Developed by Front.lv
Копирование и распространение любых материалов, размещенных на сайте,
без письменного разрешения редакции запрещено.
При ретранслировании материалов обязательна гиперссылка на источник www.bb.lv