& Nr. 17 (2642)
от 25 января
2005 года
«Бизнес & Балтия»
В номере
 
Издания
 
Календарь
<< Январь, 2005 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31            
 
GISMETEO.RU:погода в г. Рига





www.eursa.org

smi.ru

Российский Деловой Портал 'Альянс Медиа'



Мамерт ВАЙВАДС: Прокачка нефти в Вентспилс может возобновиться до 2006 года

олная загрузка Вентспилсского нефтетерминала возможна только после привлечения в капитал ООО Ventspils nafta termināls стратегического инвестора. Причем непременно российского происхождения и способного обеспечить поставки сырой нефти по трубе. Как заявил в эксклюзивном интервью Мамерт ВАЙВАДС, председатель правления AO Latvijas naftas tranzīts — крупнейшего акционера AO Ventspils nafta, особые надежды на помощь в расконсервировании нефтепровода Полоцк — Вентспилс компания возлагает на посла России в Латвии Виктора КАЛЮЖНОГО.

 Беседовал Роман ГОЛУБЕВ

С верой в лучшее

Председатель правления AO Latvijas naftas tranzčts Мамерт Вайвадс

— Результаты работы Вентспилсского нефтетерминала в 2004 году трудно назвать успешными: по сравнению с 2003-м объем перевалки упал на 21,4% — с 10,7 млн. тонн до 8,4 млн. тонн...

— Ждать положительных сдвигов при условии сохранения практики приема грузов лишь по железной дороге не приходится. Оно и неудивительно: трубопровод "Полоцк — Вентспилс" раньше обеспечивал компании около 80% ее доходов. То, чем занимается сегодня OOO Ventspils nafta termināls (принадлежащее на 100% Ventspils nafta. — ), можно назвать попыткой собрать с бору по сосенке.

— Видимо, поэтому на Ventspils nafta termināls cдана в эксплуатацию уже вторая новая железнодорожная эстакада. Большие средства ГАО Latvijas dzelzceļš направило на расширение пропускной способности вентспилсского железнодорожного узла "Морской парк". Оправдывают себя инвестиции?

— У медали есть и другая сторона: нам все равно необходимо обновлять свои фонды. Две из четырех действующих ныне эстакад устарели. Они работают с конца 60-х годов и не отвечают современным требованиям.

Хотя повторюсь: общую ситуацию с нефтетранзитом радужной никак нельзя назвать. Но и посыпать голову пеплом мы не собираемся.

Где объявление о продаже?

— Давайте внесем однозначную ясность во все слухи и домыслы: сейчас ООО Ventspils nafta termināls выставлено на продажу?

— Мне, если честно, не понятно: почему вообще вопрос ставится подобным образом? Разве кто-то видел в газетах или на уличных стендах рекламу: "Продается Ventspils nafta termināls. Звонить по таким-то телефонам"? Данную тему следует рассматривать совершенно под иным углом зрения.

Продажа терминала не стоит в списке приоритетных вопросов. Речь идет о привлечении стратегического инвестора, способного возобновить прокачку нефти в Вентспилс. Это было бы выгодно и нам, и российским компаниям, которые из-за простоя трубы в латвийском направлении недополучают сотни миллионов, а то и миллиарды долларов прибыли. В свою очередь законных налоговых поступлений лишается и российский бюджет: нашему восточному соседу не хватает экспортных мощностей. Потому его нефтедобыча существенно зависит от возможности транспортировки сырья.

Так вот, владельцы Ventspils nafta не продают основные фонды компании, а лишь не исключают возможности смены собственников определенной доли капитала нефтетерминала. Причем готовы рассматривать абсолютно разные варианты сотрудничества с инвестором. Мы готовимся к переговорам: надеемся, они скоро начнутся, хотя пока и не ведутся.

— Почему они до сих пор так и не начались?

— Здесь необходима политическая воля с российской стороны, ведь нефтяной сектор напрямую зависит от восточного соседа. До сих пор она отсутствовала. К тому же с кем нам говорить? С нашей стороны все ясно: несмотря на некоторые разногласия между представителями своих акционеров, есть AO Latvijas naftas tranzīts — крупнейший акционер AO Ventspils nafta.

Нынче у нас складывается новая ситуация — к выполнению своих обязанностей приступил Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации в Латвии Виктор Калюжный, ранее занимавший пост замминистра топлива и энергетики России.

— Некоторые отечественные аналитики даже поспешили связать назначение г-на Калюжного послом в Латвию с поставленной перед ним задачей решить "вентспилсскую нефтяную проблему". Вы разделяете эту позицию?

— Не возьмусь оценивать данное назначение. Хотя предположу, что выбор Кремля в пользу этого человека не связан исключительно с вопросом AO Ventspils nafta: у посла гораздо более широкий круг политических задач. В то же время нас не может не радовать тот факт, что г-н Калюжный — профессионал в нефтяном бизнесе. Встреча с ним в Вентспилсе вселила в нас определенный оптимизм на изменение ситуации в лучшую сторону. Он настроен очень благожелательно и конструктивно в вопросе разрешения проблемы наполнения трубопровода "Полоцк — Вентспилс" российской нефтью. Простаивающая ветка могла бы дополнительно обеспечить нашему соседу экспорт 16 млн. тонн черного золота.

— Но как с практической точки зрения Виктор Калюжный может помочь вам?

— Любое правительство и президент при принятии какого-либо международного решения, затрагивающего ту или иную страну, всегда прислушиваются к мнению работающего в ней дипломата. Г-н Калюжный нам твердо заявил: он видит путь, который позволит распутать имеющийся клубок противоречий. Он видит потенциального инвестора. Кого именно? Извините, я не вправе называть какие-то имена. Разумеется, начало диалога потребует и определенных встречных шагов с нашей стороны.

Фактор интереса

— После встречи с министром экономики Кришьянисом Кариньшем вы назвали двух возможных покупателей Ventspils nafta termināls — российские компании Транснефть и Транснефтепродукт. Но, помнится, еще весной 2003 года прозвучало высказывание главы Транснефти Семена Вайнштока о возможности инвестирования 143 млн. долларов в обмен на контроль в АО Ventspils nafta. Что вас не устроило в том предложении?

— Во-первых, никаких официальных предложений мы не получали. Во-вторых, если верить прессе, указанные 143 миллиона нам также предлагалось и самим вложить в устранение "узких мест" в трубопроводной системе на российской территории — именно эта причина служит в качестве аргументации простоя нитки Полоцк — Вентспилс.

Однако такая постановка вопроса была, мягко говоря, несколько нелогичной и некорректной. Межправительственный договор, подписанный в 1993 году при создании латвийского-российского ООО LatRosTrans (компания оперирует двумя трубопроводами на латвийской территории), содержал два следующих концептуальных момента.

Так, латвийская сторона обязалась обеспечить от границы до танкера полный сервис приема и перекачки определенных объемов нефти и нефтепродуктов. В свою очередь россияне согласились предоставить сырье и полностью использовать потенциал вентспилсского экспортного направления. Мы за какие-то 5-6 лет потратили на обновление терминала и трубопроводов около 200 млн. долларов. То есть свои обязательства выполнили. Логично предположить, что аналогичного отношения ждали и от россиян. Но в декабре 2002 года трубопроводные поставки прекратились.

Здесь есть еще и такие нюансы. Указанные 143 млн. долларов — для нас огромные деньги. Кроме того, не факт, что даже если бы мы взяли кредит и отдали его россиянам на устранение проблемных участков, поставки возобновились бы. Никто нам в частных беседах не дал никаких гарантий.

— Вот вы упомянули неформальное общение. Руководство Транснефти часто указывает на отсутствие реального бизнес-диалога с Вентспилсом.

— АО Ventspils nafta неоднократно обращалось к ним как в устной, так и письменной форме с предложением сесть за стол переговоров и обсудить проблему, их условия. Единственный официальный ответ получили лишь года полтора назад. Он звучал приблизительно так: Транснефть не рассматривает вопрос об открытии трубопровода в вентспилсском направлении.

Шаг за шагом

— Вы могли бы пояснить, кто из топ-менеджеров или акционеров Ventspils nafta в действительности наделен правом вести какие-либо переговоры о реализации нефтетранзитного комплекса?

— Ситуация проста: предлагать может тот, кто чем-то владеет. Крупнейшим собственником Ventspils nafta, а значит, и терминала является AO Latvijas naftas tranzīts — 47,8%. Плюс Ventspils nafta принадлежит 66% LatRosTrans. У государства 38,6% долей Ventspils nafta.

— Что в таком случае продает миллионер Олег Степанов, на страницах газет объявивший о грядущей реализации нефтетранзитной составляющей Ventspils nafta...

— Он является собственником доли в АО Ventbunkers — опосредованного владельца и терминала, и трубопроводов. Потому как физическое лицо может продать свою собственность. Это его частное дело. Другой вопрос, что в данной ситуации он не продает терминал: сделать этого ему не позволяет его доля (около 14% АО Ventbunkers). Он лишь как один из акционеров высказывает свой взгляд на правильный, по его мнению, путь дальнейшего развития ситуации, на возможные перспективные варианты. И он, конечно, имеет на это полное моральное право: уже третий год терминал работает практически по нулям. С точки зрения бизнесмена: зачем держать подобный актив? Другой вопрос — правильная ли это позиция? В числе акционеров есть и те, кто считает нынешнее положение дел временным.

— Чье мнение превалирует?

— Ответ на данный вопрос я вам не дам. Зато озвучу отличную от предлагаемой Степановым точку зрения, которую разделяет ряд других собственников. Нам следует идти шаг за шагом. Первым делом найти инвестора, способного наполнить трубопровод. Виктор Калюжный уже дал ясно и четко понять: россияне согласятся лишь на контрольный пакет акций. Мы же, в свою очередь, сейчас хотели бы предложить им пропорцию долей 50 на 50, добавив к этому нормальный акционерный договор, в котором оговорены механизм управления, контроль над денежными потоками, то, как будут осуществляться аудиты и ревизии... Создать все, что необходимо для абсолютно прозрачной работы компании и обеспечения максимальной защиты инвестиций.

Государство останется при своем

— Учитывая долю государства в 38,6%, как же частные акционеры гарантируют инвестору требуемые 50%?

— Это уже следующий пункт программы. Если на реализацию данного положения будет выдан политический мандат, мы продолжим переговоры дальше и обеспечим приемлемое для инвестора решение.

— А вдруг латвийское государство не захочет расставаться со своим пакетом? Может, оно самостоятельно пожелает найти инвестора?

— Вряд ли кто-то пожелает получить за немалые деньги 38,6% акций и оказаться в ситуации, аналогичной тому, в какой ныне находится государство. Не имея контрольного пакета, оно, по латвийскому законодательству, не может существенно повлиять на происходящее в компании. Вообще же речь надо вести о доле в 26%. Ведь в соответствии с основными условиями приватизации AO Ventspils nafta из оставшихся 38,6% более 7% латвийское Агентство приватизации обязано реализовать на международных рынках, 5% — на внутренней бирже. И изменить данное требование без нашего согласия невозможно. Зато остальным государство вправе распоряжаться по своему усмотрению. Правда, как именно, оно еще не определилось: условия дальнейшей приватизации так и не разработаны.

Пока же хочу заверить: если вопрос переговоров с российской стороной сдвинется с места, интересы латвийского государства будут учтены. Но многое здесь будет зависеть от действий самого государства.

Ждать осталось недолго

— Долго ли вы еще собираетесь ждать момента начала переговоров?

— Все должно решиться в нынешнем году. Посол России нам прямо дал понять: либо мы определяемся, либо время уходит безвозвратно. Уже реализуется очередной этап Балтийской трубопроводной системы, который позволит увеличить объем прокачки черного золота через Приморск до 62 миллионов тонн. И если нам не удастся прийти к общему знаменателю с россиянами, то они начнут строить на Приморск еще одну ветку. Тогда на Вентспилс точно никто не станет рассчитывать, даже несмотря на огромную заинтересованность в нем.

— Вы уверены в том, что заинтересованность по-прежнему огромна?

— В советские времена научные институты просчитывали наиболее оптимальное экспортное направление для сырой нефти. Неужели вы думаете, что выбор в пользу Вентспилса был сделан абсолютно случайно? Это оказался наиболее выгодный с экономической точки зрения путь. К тому же ведущий через незамерзающий порт.

— Какова же цена интереса? Айвар Лембергс когда-то говорил о 200 млн. долларов. Олег Степанов указывал на вдвое большую сумму.

— Я не стану называть конкретную цифру: она будет по-любому ошибочной. Договариваясь о покупке пакета акций нефтетерминала, мы должны будем обговорить, что входит в сделку и как будем оценивать стоимость активов. Существует 4-5 методик оценки. Пустой резервуар имеет одну цену, наполненный — другую. Надо еще не забыть цену причалов. А во сколько обошлась бы постройка нового терминала? Необходимо будет учитывать и балансовую стоимость, и рыночную. Так что все это тема для переговоров.

— Вы считаете, они начнутся в нынешнем году?

— Более того, я рискну предположить: прокачка нефти в Вентспилс может возобновиться в конце 2005-го — начале 2006 года.

Комментарий редактору | Распечатать | В "портфель" | Послать
Оцените статью

 
 
 
  
О нас | Редакция | Реклама главная | Карта сайта

Copyright © 2003, "Бизнес&Балтия", Developed by Front.lv
Копирование и распространение любых материалов, размещенных на сайте,
без письменного разрешения редакции запрещено.
При ретранслировании материалов обязательна гиперссылка на источник www.bb.lv