& Nr. 170 (3786)
от 30 сентября
2009 года
«Бизнес & Балтия»
В номере
 
Издания
 
Календарь
<< Сентябрь, 2009 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30        
 
GISMETEO.RU:погода в г. Рига





www.eursa.org

smi.ru

Российский Деловой Портал 'Альянс Медиа'



Тень ангела

прошлом году художник Георгий Зерницкий в выставках сделал паузу, зато этой осенью его работы висят и в Доме Черноголовых на "Кукольных сезонах" (до 24 октября), и в новой рижской галерее, имя которой еще не придумали, на перекрестке улиц Лачплеша и Бирзниека-Упиша (до 15 октября).

 Ольга ГУДИС

Без названия

У хозяйки галереи, дизайнера Инессы Солейчук, появилась возможность вернуться к искусству: она прекрасный живописец. Ее салон больше похож на мастерскую художника; прежнее название — Virtuves studija — в связи с кризисом и падением спроса на мебельном рынке немного утратило смысл.

Сначала Инесса развесила по стенам свои картины, потом стала устраивать вернисажи коллег и камерные концерты... Богемная тусовка образовалась словно сама собой. "Сейчас люди пытаются сблизиться, общаться не на коммерческой, а на творческой основе, — говорит Инесса, — и в этом, наверное, большой плюс нашего времени".

— А как вам удалось уговорить Зерницкого выставиться? — спрашиваю, зная, что Георгий не любит расставаться с работами даже на короткое время.

— А это была его идея...

Зерницкого можно понять: зайдя в галерею, уходить из нее совсем не хочется. Здесь так же легко и прозрачен воздух, как на полотнах Георгия.

Почти все они — без названия. Фрагментам единого мира, разворачивающейся перед зрителем мистерии, названия не нужны.

Между звуками

Художники часто пытаются выразить музыку цветом. Ритмы красочной стихии сродни звуковым аккордам. А в работах Зерницкого — пронзительная тишина. Напряженная пауза между звуками. Момент задержки дыхания между вдохом и выдохом. Миг откровения.

Нет времени суток, нет времен года, нет признаков конкретного места: ни верха, ни низа, ни солнца, ни луны. Только нежный, ровный, исходящий изнутри и не проявляющий краски серебристый трансцендентный свет. Каков источник этого перламутрового сияния, этого мягкого колорита ранних, светлых сумерек?..

Мир Зерницкого населен странными личностями — очень тонкими, грустными существами,с асимметричными лицами, слишком хрупкими, чтобы быть людьми, и потому похожими на кукол. У них нет возраста, но они юны. Иногда трудно понять, мальчик это или девочка. У них свой, особый покрой одежды — аскетичный, но элегантный, акцентированный какой-нибудь театральной деталью: нелепой шляпой (которая при пристальном рассмотрении может оказаться гнездом или стаей белых птиц), большой пуговицей, белыми перчатками, неожиданно широкими галифе, уютными шлепанцами...

Рисованные герои куда-то летят на зонтиках или качелях, на крыльях или дельтапланах, скачут на игрушечных лошадках, едут в каретах без лошадей... и в то же время никуда не спешат и не двигаются. В их лицах то восторг от полета, то напряженный вопрос, то печаль и снисходительность мудрецов. Они самодостаточны и беспредельно одиноки — одиноки даже вдвоем, когда жмутся друг к другу, как попугаи-неразлучники.

Бывает и страх. Почти мистический ужас, заглядывающий в окно, притаившийся за креслом, живущий в старинном, похожем на дом, буфете... На лице ужаса — шутовская маска. Он — двойник героя картины. Тот, наивный, не замечает своих ироничных копий, но все же ощущает их скрытое присутствие, будто сам с собой играет в прятки или прислушивается к глубокой тревоге внутри себя...

Из Зазеркалья

Бесполезно спрашивать Зерницкого, как рождаются эти образы. Но в них мы узнаем самого художника. Фактически это его автопортреты.

Сказать, что живописец черпает вдохновение из впечатлений детства и видит все вокруг глазами ребенка, которого ощущает в себе, было бы слишком просто. Нет, похоже, мастеру открываются иные тайны.

С удивительным постоянством он помещает своих персонажей в проемы окон, возле дверей обитаемого шкафа, в арки и ворота. Это порталы в иные миры...

Вот мальчик в синих джинсах примеривает старинный, непомерно большой камзол. Перед ним каменные ступеньки — лестница, уходящая вверх и тающая в анфиладе арок. Лицо мальчика спокойно, он будто погружен в глубину далеких воспоминаний, а на стене напротив — тень ангела... Если это не воспоминание души о своей прошлой жизни, то что это?

Комментарий редактору | Распечатать | В "портфель" | Послать
Оцените статью

 
 
 
  
О нас | Редакция | Реклама главная | Карта сайта

Copyright © 2003, "Бизнес&Балтия", Developed by Front.lv
Копирование и распространение любых материалов, размещенных на сайте,
без письменного разрешения редакции запрещено.
При ретранслировании материалов обязательна гиперссылка на источник www.bb.lv