& Nr. 134 (3980)
от 2 августа
2010 года
«Бизнес & Балтия»
В номере
 
Издания
 
Календарь
<< Август, 2010 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          
 
GISMETEO.RU:погода в г. Рига





www.eursa.org

smi.ru

Российский Деловой Портал 'Альянс Медиа'



Зачем финнам нужны ассоциации

атвийская предпринимательская культура, к сожалению, все еще далека от того, что мы видим у наших скандинавских соседей, равно как и сопротивляемость кризисным явлениям. Возможно, это происходит из-за удивительной разобщенности нашего бизнеса. А как привыкли вести дела финские коллеги?

 Константин РАНКС

Финны охотно объединяют усилия, чтобы отстаивать свои интересы, потому что давно выучили: вместе добиться результата проще, чем поодиночке.

Если о профсоюзной жизни в Финляндии известно довольно хорошо ( недавно писала об этом), то организованная предпринимательская жизнь в общем-то покрыта флером загадочности. То есть информация о наличии соответствующих структур имеется: есть организация работодателей, отраслевые предпринимательские союзы... Но что мы знаем об их идеологии?

Идеология тем не менее существует и фактически является руководством к действию для финского предпринимателя. Более того, она пронизывает всю систему бизнеса этой страны и определяет мораль его действий (как это ни странно звучит). Потому что иначе и не может быть в обществе, которое еще 110 лет назад объявило своей целью всеобщее благоденствие, причем сделало это устами правящих классов, самостоятельно отдавших активное и пассивное избирательные права рабочим и женщинам.

Бизнес квакеров

После окончания наполеоновских войн одним из европейских героев стал русский генерал Барклай де Толли, имевший шотландских предков. Сам Михаил Богданович, как он звался на русский манер, считал местом своего рождения Ригу (его дед был местным бургомистром), но тем не менее к своей исторической родине и ее уроженцам благоволил. В нем шотландцы, которых в Великобритании зажимали надменные англичане, видели пример карьерного успеха и... ехали в Петербург за протекцией.

Так отправился туда в 1817 году и квакер (член религиозной христианской секты, распространенной в Англии и США. — ) Джон Финлейсон, одержимый желанием нести людям свет слова божьего и найти применение своим инженерным знаниям. Будущего отца финской промышленности принял сам Александр I и не только помог с организацией фабрики, но и подписал бумагу, дающую Финлейсону полное право устанавливать на своем производстве те порядки, которые он сочтет нужными.

Квакеры могут называться христианскими социалистами. Веря в то, что в каждом человеке есть искра божья, они выступают против любого насилия над человеком, и полагают, что долг каждого — помогать ближнему своему. Бизнес в этой системе координат оказывается средством, с помощью которого предприниматель помогает поднять условия жизни своих рабочих.

Начав свое дело в Петербурге, Финлейсон не думал останавливаться на достигнутом и стал искать новые места для своей бизнес-миссионерской деятельности. Спустя пару лет друзья Финлейсона предложили ему отправиться со своими идеями в глубь Финляндии, где живут люди честные, верящие в Бога согласно учению Лютера, и где полно свободной земли. Так он оказался на стремнине Таммеркоски, где с ревом летела вода из одного озера в другое. Это был отличный источник энергии для ткацких станков. Так, в 1820 году появилась мануфактура Finlayson в городе Тампере.

Рождение бизнес-сообщества

Интересный факт: корпоративный сайт Finlayson доступен в трех версиях — финской, английской и русской.

Финлейсон вернулся на родину через 15 лет, продав дело с условием оставить его имя как бренд. Вскоре появились поблизости и другие фабрики. Местные предприниматели, конечно, личный интерес блюли, но и протестантские деловые заповеди не забывали. И относились к своим рабочим совсем не так, как было принято на остальных предприятиях Российской империи. Детские сады, прием женщин на работу в офисы, ограничение на труд для подростков, оплаченные больничные — все это делалось, кстати, не просто так. Квалифицированные кадры тогда ценились очень высоко, потому что очень ценилось качество продукции.

То есть финский бизнес изначально был делом свободных людей, на которых работали свободные люди. В стране, где никогда не существовало рабства, барство коммерсантов просто не могло развиться — это было против всех традиций и морали. К тому же в ту эпоху многие фабриканты выходили из того же крестьянства, поэтому артельные традиции были у них в крови. Величина страны, редкость населения не сталкивали их лбами. Конкуренция была, но было много свободного места, и были традиционные навыки демократического решения вопросов.

Финские предприниматели стали использовать сложившиеся за столетия навыки коллективного решения вопросов, применив их к деловым нуждам, организовывая общества производителей по интересам, чтобы вырабатывать общую позицию на переговорах и добиваться необходимых изменений в общих интересах. Ну а потом, потом можно и конкурировать...

Кто запретит хозяину

Отец финской промышленности Джон Финлейсон.

И в России, и в Латвии, и очевидно на большей части постсоветского пространства для хозяина фирмы главное — его личная воля. Многие и стараются стать предпринимателями именно для этого — чтобы быть самому себе хозяином. В финской ментальной среде главное все же само дело. То есть если у нас главное — чтобы было хорошо бизнесмену, а потом самой компании, то у них коммерсант может и поступиться личными интересами. Именно поэтому сейчас в Финляндии наблюдается удивительный процесс: наследники столетних бизнесов не хотят оставаться их единоличными владельцами. Нести на своих плечах все бремя ответственности за людей и компанию? Увольте. Гораздо удобнее быть высокооплачиваемым менеджером, наемником с хорошей зарплатой. Очень хорошей: сотни тысяч долларов в месяц плюс бонусы и опционы.

И во многом именно для того,чтобы бизнесу было хорошо, в Финляндии замечательно развиты отраслевые ассоциации, которые существуют отнюдь не для галочки. Членство в таком клубе дает, с одной стороны, при сохранении формальной независимости и свободе делового маневра возможность прислониться к сильному, найти помощь и поддержку в сложной ситуации. Став участником такой организации, мелкий и средний бизнес приобретает силу, которой нет у одиночки.

А крупный с помощью тех же ассоциаций, не взваливая на себя бремя ответственности за работников на местах (что пришлось бы делать, осуществляя поглощения предприятий), приобретает возможность направлять действия "мелочи". Причем как привлекая ее в качестве субподрядчиков к своим проектам, так и наоборот — обслуживая малышей. В итоге возникает баланс — много малых сих вполне в состоянии, встав на общую позицию, надавить на больших, не давая им зарваться, но и большие имеют свои плюсы, выступая флагманами общего движения.

Как это работает

Примеров не счесть. Но вот один, близкий латвийскому среднему и мелкому бизнесу. В последние годы резко увеличилось число россиян, которые отправляются зимой проводить отпуск на горнолыжные курорты Лапландии. Они популярны не только у тех, кто не может себе позволить Куршавель или Кортина-д'Ампеццо. Многих привлекает чарующий мир пустоты, экзотические развлечения и сама атмосфера настоящего цивилизованного Заполярья. Россиян так много, что у местных властей в Восточной Карелии и Лапландии возникла идея — обратиться к рестораторам и отельерам с предложением перейти на... русское меню. То есть готовить блюда в таком ассортименте, как привыкли российские гости.

Но отельеры и рестораторы стали возражать. Если перейти на русское меню, то как быть с финскими, местными потребителями? Ведь русская еда для финнов очень жирная и пряная, а финская для россиян — просто безвкусная. Но вопрос еще в другом: а кто, например, в маленьком деревенском ресторанчике знает нюансы русской кухни? Не получится ли, что и русские есть не будут, и местные откажутся?

И тогда ассоциация предпринимателей отельно-ресторанного бизнеса пришла к соломонову решению. Пусть все остается, как было, но одно-два дежурных блюда пусть будут и в русском стиле. А шеф-повара крупных ресторанов и отелей для членов ассоциации разработают простые в исполнении блюда и порекомендуют соответствующие специи. А кто-то даже приготовит полуфабрикаты, которые члены ассоциации смогут закупить по специальным ценам.

И члены ассоциации взяли на себя эту обязанность — следить за меню, чтобы не было оно чисто финским. То есть все контролируют всех. Но теперь даже в маленьком кафе знают, что делать, если приехала большая группа россиян. Как сказал один русский гость, "... даже тарелка пельменей значит гораздо больше, чем просто тарелка пельменей", имея в виду, что внимание к клиенту может цениться больше, чем даже класс продукта.

Почему не у нас?

Вопрос, конечно, не в пельменях, а в готовности всех работать на благо всех. В Латвии, как говорят эксперты, скорее конкуренты будут ждать банкротства соседа, нежели объединения с ним в ассоциацию при сохранении формального суверенитета. Финны же этого не боятся. Почему? Ответ именно в истории их бизнеса. Мелкие фирмы на местах нет смысла губить, потому что они нужны крупным. А если "малыша" захотят купить, то предложат очень хорошую цену.

И пока у нас не изменится отношение предпринимателей друг к другу, будет процветать взаимное недоверие, ассоциации будут толочь воду в ступе, и рассыплются, если на поле придет мощный и сильный игрок — скорее всего, зарубежный. Еще есть время изменить стиль ведения дел, поскольку мы бедны и малоинтересны для окружающих. Еще есть время научиться работать вместе.

Комментарий редактору | Распечатать | В "портфель" | Послать
Оцените статью

 
 
 
  
О нас | Редакция | Реклама главная | Карта сайта

Copyright © 2003, "Бизнес&Балтия", Developed by Front.lv
Копирование и распространение любых материалов, размещенных на сайте,
без письменного разрешения редакции запрещено.
При ретранслировании материалов обязательна гиперссылка на источник www.bb.lv