& Nr. 21 (4460)
от 6 февраля
2013 года
«Бизнес & Балтия»
В номере
 
Издания
 
Календарь
<< Февраль, 2013 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28      
 
GISMETEO.RU:погода в г. Рига





www.eursa.org

smi.ru

Российский Деловой Портал 'Альянс Медиа'



Дожить до премьеры

Латвии наконец-то прозвучала опера Верди "Симон Бокканегра", написанная в 1857 году. Премьеру можно было бы прождать еще 156 лет, кабы не счастливое стечение обстоятельств.

 Маша НАСАРДИНОВА

Майя Ковалевска и доктор Калнс.

Обстоятельства эти в самых общих чертах таковы. В 2006 году юная Майя Ковалевска победила на международном конкурсе Operalia, который устраивает Пласидо Доминго. С этого, по большому счету, и началась ее международная карьера. Девушка уехала из Латвии и где только ни пела, от нью-йоркской Мет до лондонского Ковент-Гардена. Участвовала в четырех постановках, которыми дирижировал Доминго (да-да; а еще он выдающийся менеджер и одно время руководил сразу двумя оперными домами — в Вашингтоне и Лос-Анджелесе). Наконец получила предложение выступить с Доминго на одной сцене. В спектакле "Симон Бокканегра", созданном в Wienner Staatsoper великим Питером Штайном, Доминго исполнит титульную роль, Майя же будет дочерью главного героя — Амелией. Если окажетесь в Вене 17, 21, 24 или 28 февраля, сходите, прикоснитесь к легенде. Пусть даже эта 72-летняя легенда в последнее время поет баритоном, как в ранней молодости, а не тенором, как все привыкли. Публика по-прежнему в восторге.

Другая цепочка добрых человеческих и профессиональных отношений связывает Майю Ковалевску и доктора Дайниса Калнса, отца-основателя Оперного праздника в Сигулде. Именно в Сигулде наша звезда (тогда еще студентка) впервые появилась перед большой аудиторией, именно в Сигулде впервые опробовала партию Татьяны в "Онегине". Прошлым летом для нее затеяли "Травиату", но за сутки до представления Майя заболела. Оставим в стороне досаду публики — она понятна — и чувства Калнса, которому требовалось экстренно раздобыть достойную замену. Вернемся к Майе. Получалось, что в Вену ей предстояло ехать, не имея в загашнике ни одной вердиевской роли; не лучшая ситуация для молодой артистки.

Выход был найден замечательный. Дайнис Калнс с помощью Рижской думы устроил в Большой гильдии концертное исполнение "Симона Бокканегры". Майя получила возможность порепетировать с оркестром и партнерами. Меломаны получили возможность присутствовать на историческом событии: латвийской премьере "Симона Бокканегры". Словом, всем сделали хорошо. Или почти хорошо.

Многоопытный маэстро Александр Вилюманис сумел поднять партитуру (сильно купированную, но все же) с четырех репетиций. Ведомый им Фестивальный оркестр в какие-то моменты был не только внимательным и аккуратным, но и вдохновенным. И сразу менялась атмосфера вокруг...

Переходы от тяжелой работы к процессу сотворения музыки и обратно были заметны и в пении солистов. Их задача к тому же сильно осложнялась тем, что они практически не видели дирижера (сцена Большой гильдии становится очень маленькой, когда на ней размещаются оркестр и хор). А еще они боялись петь тихо. Приноровиться к незнакомому залу вообще трудно, со стоголовым оркестром за спиной — тем паче. Без выматывающего форсирования звука обошлись лишь обладатели прекрасных, объемных, полных благородства низких голосов Кришьянис Норвелис (Фиеско), Арманд Силиньш (Паоло) и Рихард Мачановскис (Пьетро).

Итальянец Витторио Вителли (Симон Бокканегра) продемонстрировал, что баритон его мощен и отстроен по всему регистру, а дыхание — как у марафонца. Он контролировал все ноты своей сложной партии, но вязал их в легато стальными канатами. О том, насколько обаятелен тенор Бадри Майсурадзе (Габриэль Адорно), наша публика знала и прежде. Не все в "Бокканегре" складывалось в его пользу, однако именно исполнение Бадри было пиком музыкальности в этот вечер.

Но особенно интересно было слушать Майю. Голос у нее сильно изменился с тех пор, как она пела в спектаклях Латвийской Национальной оперы; и то сказать, шесть лет прошло. Верх у нее теперь прозрачный, почти колоратурный, очень точный, очень красивый; есть особая прелесть в том, как сочетается это холодноватое хрустальное сопрано с теплым обаянием, которое излучает сама красавица-примадонна. Ее рижская Амелия была подобна бутону, который ждет своего часа. Все правильно — настоящая премьера у Майи будет в Вене.

Комментарий редактору | Распечатать | В "портфель" | Послать
Оцените статью

 
 
 
  
О нас | Редакция | Реклама главная | Карта сайта

Copyright © 2003, "Бизнес&Балтия", Developed by Front.lv
Копирование и распространение любых материалов, размещенных на сайте,
без письменного разрешения редакции запрещено.
При ретранслировании материалов обязательна гиперссылка на источник www.bb.lv